Политолог: Казахстан ищет свои пути регулирования интернета

Политолог: Казахстан ищет свои пути регулирования интернета
Тип статьи:
Авторская

Как в Казахстане регулируется деятельность интернета рассказал политолог Эдуард ПОЛЕТАЕВ на своей странице в Facebook.


Ниже приведен полный текст поста. Орфография и пунктуация автора соблюдены.


«В настоящее время власти Казахстана находятся в поиске собственных путей регулирования интернета. И сталкиваются с весьма чувствительными вызовами. Непросто сохранять баланс между свободой слова и вопросами безопасности. Устанавливаемые государством запреты на распространение вредоносной информации порой рассматриваются в качестве актов цензуры.


Учитывая риски, которые несет в себе развитие информационных технологий, все государства, так или иначе, регулируют сферу влияния социальных сетей. И Казахстан не исключение. В стране с 2014 года право отключать социальные сети во внесудебном порядке имеют генеральный прокурор или его заместители. С 2017 года, согласно нововведениям в законе «О связи», правом блокировать социальные сети без решения суда также наделен КНБ. Причинами могут выступить случаи, способные привести к совершению тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений, подготавливаемых и совершаемых преступной группой. Расширен список статей Уголовного кодекса РК, согласно которым за действия в социальных сетях грозит наказание вплоть до лишения свободы. При этом, когда была введена предмодерация комментариев на казахстанских информационных сайтах, вся критика политических и социально-экономических процессов ушла в соцсети.


Давно говорилось о том, что действия властей по обеспечению безопасности и контроля над этой сферой приведут к усилению блокировок и фильтрации контента, сегментации и «балканизации» интернета. То есть всемирная паутина уже распалась на фрагменты и секторы: появились «казахстанский интернет», «российский интернет», «американский интернет», и т.п., которые сосуществуют и иногда пересекаются, но остаются изолированными в существенных аспектах.


Да и безо всякого контроля основные информационные потоки в тех же соцсетях уже ограничиваются рамками страны, не всегда выходя за ее пределы, по причине языковых барьеров или просто предпочтений пользователей. Этот процесс осуществляется незаметно, но уверенно.


Например, никто из моих казахстанских френдов не пишет постов о предстоящих выборах в Госдуму Российской Федерации 19 сентября, в отличие от российских. У казахстанских другие информационные тест-драйвы.


Это возможное строительство в Казахстане АЭС, подписание меморандума между правительством РК и группой компаний Сбер по строительству платформы цифрового правительства, и, наконец, законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам защиты прав ребенка». Казалось бы, что в этом законопроекте плохого? В цифровой век по ряду обстоятельств наиболее уязвимыми становятся несовершеннолетние. Хотя бы потому, что интернет пришел в жизнь нашего поколения тогда, когда мы стали уже взрослыми, у детей же сегодня идет одновременная социализация в режимах онлайн и офлайн, а кибербулинг стал серьезной проблемой, от которой они страдают. Тут необходим системный подход для эффективной борьбы с угрозами в интернете, а без государственной поддержки и одобрения гражданского общества это сделать невозможно.


Что же случилось в реальности? Депутаты, инициаторы законопроекта о противодействии кибербуллингу, сами ему подверглись. Ряд представителей гражданского общества убеждены, что некоторые нормы проекта закона только прикрываются защитой детей, а на самом деле направлены на регулирование и ограничение доступа к интернету. Они требуют конкретных примеров кибербуллинга в отношении казахстанских детей в соцсетях. Отсылки к зарубежному опыту (например, работает немецкий закон о недопустимости травли в интернете; в Новой Зеландии — закон, согласно которому кибербуллинг и онлайн-троллинг признаны уголовными преступлениями; в Китае вообще существует целая система «Золотой щит») вызывают скепсис.


Законопроект предусматривает комплекс мер по защите от интернет-травли, но резонанс вызвало только положение о том, что для осуществления своей деятельности собственники иностранных онлайн-платформ или сервиса обмена мгновенными сообщениями должны будут пройти обязательную государственную регистрацию и открыть свои представительства в Казахстане.


Объективно от деятельности социальных медиа в казахстанском пространстве существуют позитивные эффекты. Развивается и укрепляется сетевое гражданское общество, растет уровень его вовлеченности в решение проблем. Оно способно к самоорганизации на основе проявления гражданственности и сопереживания в случае кризисных или экстремальных ситуаций. Допустим, неоднократно волонтеры через социальные сети организовывали поиски пропавших людей и добивались успеха. Часто это получается лучше и быстрей, чем у государства. Достаточно известным явлением в стране стали резонансные посты инфлюенсеров, лидеров общественного мнения. Они оказывают прямое влияние на деятельность тех или иных институтов государства, позиционирующего себя слышащим, тем самым, повышая прозрачность и качество его деятельности.


Чрезвычайная зарегулированность соцсетей несет в себе много рисков. И польза от них вряд ли может быть обеспечена в имеющейся степени, если вся система будет жестко контролироваться. Хотя самоубийственного желания заблокировать соцсети у властей нет, они сами ими пользуются. Но угрозы и предпосылки для манипулирования общественным мнением казахстанского общества существуют. Некоторые события искусственно становятся весьма значимыми поводами для обсуждения. К примеру, наблюдается болезненная активность антиваксеров в комментариях.


При этом беды от соцсетей не всегда являются следствием ошибок или злонамеренных действий. Как говорится, «одно лечит, другое калечит». Пространством для реализации своего права на свободу слова не все люди научились пользоваться, зачастую распространяя вредоносную информацию. Сейчас технологии растут быстрее, чем формируется анализ того, к чему они могут привести. Мы до сих пор не знаем, как повлияет на людей клиповое мышление, которое сейчас характерно для молодежи, так как оно дает удобно усеченную информацию. А количество людей, способных потреблять знания через книги с каждым днем уменьшается.


Есть и другие риски, которые несут людям соцсети во всех государствах, вне зависимости от позиции их властей. Это эгокастинг (чтение источников, чье мнение априорно совпадает с собственным; человек не воспринимает факты и доказательства, ведь у него уже есть своя позиция), появление цифровой памяти (люди полагаются не на собственный мозг, а на интернет), риск самоубийств (соцсети делают человека более отрешенным от действительности; с 2019 года министерство информации и общественного развития Казахстана выявило больше 250 фактов, связанных с распространением информации, пропагандирующей суицид) и т.д. Но наиболее существенным риском соцсетей представляется рост разобщенности людей в обществе, отчуждения между ним и государством, поляризация их интересов.


Государству надо задавать больше позитивной повестки, иначе многие его предложения будут восприниматься в штыки и использоваться деструктивными силами для раскола казахстанского общества, что нельзя допустить. Нужен базовый консенсус. С этим законопроектом вряд ли все пойдет на попятную, пока позиции тверды, он уже принят в первом чтении. Но для того, чтобы общество поверило в успех модернизации, необходимо, чтобы оно доверяло политическим институтам, которые ее инициируют. Движение вперед не должно прерываться контрреформами, мотивированными соображениями той или иной практической целесообразности. Надо чаще выносить на общегражданское обсуждение законопроекты, решения, программы, принимаемые на всех уровнях власти, и дать возможность самому обществу оценивать действующие законы и эффективность их применения. Также всем лучше успокоиться. На кону более важная задача — научиться использовать все позитивные аспекты и потенциал социальных медиа. Повысить посредством них уровень доверия и навыки взаимного сотрудничества граждан и власти. Ведь прогнозируется, что в будущем социальные сети станут фундаментом для большинства отношений в обществе», — поделился эксперт.